В Южной Осетии восстановлен древний христианский памятник

Декабрь 30, 2009

В Джавском районе Южной Осетии восстановлена почитаемая в регионе святыня – Морахский крест. Восстановительные работы проведены жителями селения Кобет, которые посчитали своим долгом сохранить древний памятник.

Нашлись злоумышленники, которые попытались украсть крест, но жители села не дали им возможность осуществить задуманное, – сообщили в администрации Джавского района. В советские времена также находились кладоискатели, думали, что под крестом закопано золото, и любители легкой наживы повредили древний памятник. Святыню взяли под охрану местные жители.
Далее »

Рубрика · Культура

Ансамбль «Алан» стал лауреатом премии Правительства России.

Декабрь 29, 2009

Премия Правительства РФ 2009 года в области культуры присуждена концертной программе «Танцы народов Кавказа» Государственного Академического ордена Дружбы народов ансамбля танца «Алан» и авторскому коллективу в составе Касполата Касаева – руководителя программы, гл. балетмейстера, солистов балета – Шалвы Биченова, Эльвиры Гурциевой, Марины Каргаевой и Сослана Теблоева.

Программа «Танцы народов Кавказа», включающая в себя 20 танцев, являющаяся культурным вкладом в развитие миротворческого процесса в Северо-Кавказском регионе, направленная на сохранение и развитие культурных связей, в апреле нынешнего года Министерством культуры РСО-Алания была выдвинута на соискание премии Правительства РФ.
Далее »

Рубрика · Культура

Возврашение ингушей на Кавказ.

Декабрь 29, 2009

В 1957 году в связи с Указом Президиума Верховного Совета СССР о восстановлении ЧИ АССР Северной Осетии было предписано вернуть ей Малгобекский, Ачалукский, Пседахский и Назрановский районы, жители которых опять же насильственно были переселены в Северную Осетию. К этому времени их бывшие горные населенные пункты в целях предотвращения возможности возвращения были разрушены.

Создававшаяся веками, страшно ранимая в условиях горной среды, инфраструктура была полностью уничтожена, и о возвращении изгоняемых из восстановленной ЧИ АССР бывших жителей этих местностей не могло быть и речи, т.к. их восстановление без громадных капиталовложений было невозможно. Поскольку таких средств у бедной России не было, изгоев-осетин пришлось расселять по селам плоскостной Осетии, и таким образом ее горная часть, некогда в изобилии обеспечивавшая всю Осетию продуктами животноводства, была выведена, вероятнее всего, навсегда из хозяйственного оборота…
Далее »

Рубрика · Общество

Культ «Семи богов» у скифов.

Декабрь 27, 2009

Наши сведения о религии причерноморских скифов очень скудны и основываются главным образом на известном кратком сообщении Геродота (IV, 59): «Из божеств чтут скифы только следующих: Гистию выше всех прочих божеств, потом Зевса и Землю (причем Землю представляют себе супругою Зевса), далее – Аполлона, Афродиту Уранию, Геракла и Арея. Эти божества почитаются у всех скифов, а так называемые царственные скифы приносят жертвы еще и Посейдону. По-скифски Гистия называется Табити (Ταβιτί), Зевс – Папаем (Παπαίος;), последнее, по моему мнению, совершенно правильно; Земля называется Апи (‘Απί), Аполлон – Гойтосиром (Γοιτόσυρος, вариант Οίτόσυρος). Афродита Урания – Артимпасою (‘Αρτίμπασα), Посейдон – Фагимасадою (Θαγιμασάδας) [1].
Геродот интерпретирует скифский пантеон на свой, греческий, лад, отождествляя скифских богов с греческими. Эти отождествления могут иметь, разумеется, лишь приближенное значение, поскольку полного типологического тождества между греческой и скифской религией не могло быть. Но для суждения об общей «структуре» скифского пантеона показания Геродота можно считать вполне надежными.
Далее »

Рубрика · Этнография

Осетинский календарь.

Декабрь 27, 2009

В. Уарзиати
Смысл и идея праздника, общие принципы исчисления праздничных дат предполагают дальнейшее знакомство с этим многосложным явлением культуры. В данном случае полезно будет остановиться на известных нам народных праздниках. В каждом выделенном сезоне мы попытаемся рассмотреть обобщенную характеристику конкретного праздника. В первую очередь наше внимание привлекут календарные торжества, связанные с сельскохозяйственным циклом и семейной обрядностью.
Для понимания связи между праздником и календарем необходимо оговорить тот небезынтересный факт, что для некоторых из них отсутствуют четкие границы. В народном представлении праздник не ограничивался календарным днем, а охватывал несколько суток. Сведения, собранные среди знатоков народного быта, иногда не соответствуют друг другу. К примеру, праздник, посвященный патрону плодородия и покровителю браков Хуыцау-дзуар, в Куртатии отмечают весной, а в других местах Осетии – наоборот, осенью. О причинах подобного расхождения можно догадываться, о чем будет сказано ниже, но факт остается фактом.
Число аналогичных примеров можно было увеличить, но в данном случае важно показать существующий, вернее, кажущийся разнобой. Ведь чередование народных праздников предстает как последовательность довольно крупных праздничных отрезков с размытыми границами. В каждом из них подчеркивается момент кульминации, с которым и связывается календарная дата. Более того, есть праздники, отмечаемые по два раза в год. Среди них такие, как Аларды, Тутыртæ, Фæлвæра и другие. По материалам Ел. Гутнова, праздник в честь Мкалгабыртæ отмечался четыре раза в год. После всех этих оговорок переходим к рассмотрению праздников.
Далее »

Рубрика · Общество

Средневековый герб алан-осетин.

Декабрь 27, 2009

(альманах «Осетия ХХ век», выпуск первый, 1996)

В традиционной культуре важное место принадлежит этническому самосознанию. Происхождение от общего предка, кровное родство, языковое единство всегда были критерием во всем этническом многообразии. На определенном этапе развития к ним добавляются факторы общности исторических судеб.
Этническое сознание порождает феномен, одним из аспектов которого выступает этнический образ. Это – апробированный способ осознания тождественности членов общества между собой и реальными или божественными предками. Различают две его разновидности: с одной стороны – интра-, а с другой – экстраобраз. В первом случае речь идет о представлении типичного в народе в оценке самого народа, то есть о так называемом взгляде «изнутри». Во втором – об аналогичном представлении о народе в оценке соседних народов, то есть о взгляде «извне».
В процессе становления форм этнического сознания вырабатываются и способы их культурного самовыражения. Они составляют определенный инструментарий, без которого невозможно нормальное развитие национальной культуры. Ведущее место в нем принадлежит этнополитической символике, обозначающей наиболее характерные свойства народа. С этой точки зрения мы рассматриваем ее как понятную всем или большинству данной этнической среды своеобразную кодировку. Символический интраобраз, или «фонд национальной символики будет складываться из тех проявлений, которые маркируют типичные или кажущиеся таковыми свойства этнической психологии и этнокультурных традиций, выделяющих данный этнос в ряду других этнических общностей» (1, с.5).
В полной мере это относится к существующим формам институциональной символики. Речь идет о гербе – официальной этнополитической эмблеме, которая овеществляла наследственность и неизменяемость идей былой государственной самобытности, а затем, возможно, и коллективную память о ней. В настоящей статье предполагается проанализировать средневековый герб алан-осетин и выявить его возможные культурно-генетические истоки.
Далее »

Рубрика · История

Как справляется свадьба в доме невесты и в доме жениха.

Декабрь 27, 2009

Родные невесты и жениха назначают день свадьбы. Родные невесты к свадьбе готовятся так: сначала готовят все, что полагается (т.е. приданое); после этого замачивают 12-15 пудов солода для пива, гонят араку, готовят быка, а более состоятельные, кроме того, еще и баранов; у родственников (даже из других сел) собирают кур, чтобы перед каждым гостем положить целую курицу. Кур им приносят не только родственники, но и соседи.
Приготовив все, что полагается для свадьбы, родные невесты сажают, юношу-соседа на коня и посылают его за неделю до свадьбы к родным жениха, чтобы сообщить им, что они в назначенный день готовы выдать свою дочь замуж и ждут гостей, которые приедут за невестой.
Приехав в дом жениха, юноша спешивается во дворе и идет в дом. Его усаживают, выходит хозяин, приветствует гостя, и тогда юноша передает ему просьбу его будущих родственников, т. е. родителей невесты. Выслушав гостя, хозяин дома дает обещание прибыть за невестой в назначенный день. Юношу угощают, принимают с почестями, как желанного гостя, дают рубль за то, что он прибыл к ним с такой вестью.
Далее »

Рубрика · Культура

Дохристианская религия алан.

Декабрь 27, 2009

В пятом столбце знаменитой Бехистунской надписи повествуется о походе Дария I против эламитов и саков (массагетов). Рассказ по композиции и стилю следует обычному трафарету аналогичных победных реляций, которыми заполнены предыдущие столбцы надписи.
Но он заключает и один знаменательный новый элемент: Дарий считает нужным сообщить, что его враги (саки, эламиты) были неверными (arika-), не чтили Аурамазду, тогда как он, Дарий, чтил Аурамазду. Только тем, кто чтит Аурамазду, Дарий сулит благоденствие в этом и загробном мире. Это добавление, конечно, не случайно. Пятый столбец приписан к Бехистунской надписи позднее основного текста. Вышеупомянутое добавление в пятом столбце говорит о том, что к этому времени Дарий I, очевидно не без влияния жрецов-магов, стал проводить жесткую религиозную политику насаждения маздеизма [1] как государственной религии. Эту политику энергично продолжал его сын Ксеркс. Об этом ясно говорит его «антидэвовская» надпись. По своему тону религиозной нетерпимости антидэвовская надпись Ксеркса явно перекликается с пятым столбцом Бехистунской надписи. Оба текста почти в идентичных выражениях обещают блаженство только тем, кто чтит Аурамазду.
Но древние культы пустили слишком глубокие корни в народе и подавить их Ахеменидам не удалось, хотя они и добились, по-видимому, формального признания культа Аурамазды на всей подвластной им территории. Об этом говорит, между прочим, широкое распространение имени «Аурамазда» в восточноиранских языках в значении «солнце»: сакское urmaysda, йидга ormōzd, мунджанское огmōzd, ишкашимское remŭzd, сангличи ormōzd, зебаки ormōzd [2].
Далее »

Рубрика · Духовный мир

Детство героев: Индра и Батраз (Нартский эпос)

Декабрь 26, 2009

Действуя в пользу человека, надо
уничтожить нечеловеческого врага.
«Ригведа». II, 11, 10

Ж.Дюмезилю принадлежит первый опыт мифологической интерпретации одной из центральных фигур осетинского нартовского эпоса – Батраза. В образе этого героя ученый выявил черты древнего грозового божества, а также указал некоторые мотивы, в значительной степени сближающие его с Индрой, ведий-ским богом грозы и войны [1]. Тем самым был намечен перспективный подход к исследованию Батразовского цикла, предполагающий широкое привлечение дан-ных ведийской мифологии.
Центральное место среди подвигов Индры занимает победа над демоном-змеем Вритрой, который запрудил реки и оставил все живое без воды. Драконо-убийцей выступает и древнеиранский бог войны Веретрагна [2]. Более того, срав-нительный анализ других индоевропейских мифологических традиций позволил исследователям надежно реконструировать так называемый основной индоевро-пейский миф о поединке Бога Грозы с противником в образе змея [3]. В связи с этим значительный интерес представляет вопрос о наличии в цикле сказаний о Батразе фрагментов мифа о борьбе Громовержца со змеем, точнее, основанных на этом мифе эпических сюжетов.
Поскольку в «Ригведе» существуют указания на то, что Индра совершил свой главный подвиг в юном возрасте или даже «едва родившись» (VIII, 77, 1.3.6), а первая и наиболее яркая из выявленных Ж.Дюмезилем параллелей между Инд-рой и Батразом – мотив необычного рождения, мы попытаемся решить постав-ленный вопрос, сравнив начальный период жизни обоих героев. Подробное опи-сание рождения и детства Индры имеется лишь в одном гимне «Ригведы» (IV, 18) [4], который и предстоит сопоставить с нартовскими сказаниями о рождении и детстве Батраза. При этом стихи указанного гимна не рассматриваются в прямой их последовательности, что обусловлено особенностью изложения мифов в «Риг-веде» [5].
Далее »

Рубрика · Этнография

Кто такие нарты?

Декабрь 26, 2009

Подводя итоги полувековой дискуссии о родине нартовского эпоса, один из лучших его исследователей французский ученый Ж. Дюмезиль писал: «Именно у осетин и, конечно, отчасти уже у их далеких предков сформировалось ядро нартовского эпоса и наметились его главные герои» [Дюмезиль 1976: 161]. Нет необходимости излагать все существующие точки зрения по этому вопросу, основательно разобранные в монографии Ю. С. Гаглойти [Гаглойти 1977: 9–94]. Остановимся лишь на тех аргументах, свидетельствующих в пользу скифо-сарматского происхождения ядра нартиады, которые связаны с ономастикой эпоса.
Один из краеугольных камней теории скифо-сарматского происхождения нартовского эпоса – наличие в нем трехчастного деления, соответствующего аналогичному делению если не праиндоевропейского в целом, то, во всяком случае, праарийского общества. В осетинском эпосе древнеарийская структура общества отразилась в виде деления нартов на «три группы нартов» (ærtæ narty), или три нартовских рода – Alægatæ, Æxsærtæggatæ и Borætæ. Сохранилась следующая характеристика этих родов: «Бората были богаты скотом, Алагата были сильны умом, Ахсартаггата были храбры и сильны людьми» [Туганов 1925: 373]. «Здесь мы сразу же распознаем индоиранскую концепцию, согласно которой любое благоустроенное общество должно объединять – в жизни в виде сословий, здесь, по-сказочному, в виде родов – три группы людей, несущих соответственно три основные функции: мудрость (т. е. магически-религиозные познания, по представлениям древних,– источник всех прочих знаний), физическую силу (в основном – ратную), экономическое благоденствие – то, что Индия утвердила в системе деления на варны: брахманы, или жрецы, кшатрии, или воины, вайшьи, или скотоводы и земледельцы» [Дюмезиль 1976:11]. Алагата – представители первой функции, Ахсартаггата – второй и Бората – третьей.
Далее »